стихи о любви

СТИХИ ДЛЯ ДЕТЕЙ

Владимир Маяковский


ВОЗЬМЕМ ВИНТОВКИ НОВЫЕ

Возьмем винтовки новые,
на штык флажки!
И с песнею
          в стрелковые
пойдем кружки.
Раз,
    два!
Все
   в ряд!
Впе-
    ред,
от-
   ряд.
Когда
     война-метелица
придет опять -
должны уметь мы целиться,
уметь стрелять.
Ша-
   гай
кру-
    че!
Цель-
      ся
луч-
    ше!
И если двинет армии
страна моя -
мы будем
        санитарами
во всех боях.
Ра-
   нят
в ле-
     су.
к сво-
      им
сне-
    су.
Бесшумною разведкою -
тиха нога -
за камнем
         и за веткою
найдем врага.
Пол-
    зу
день,
     ночь
мо-
   им
по-
   мочь.
Блестят винтовки новые,
на них
      флажки.
Мы с песнею
           в стрелковые
идем кружки.
Раз,
   два!
Под-
    ряд!
Ша-
   гай,
от-
   ряд.!

1927

   Кем быть?
      
У меня растут года,
будет и семнадцать.
Где работать мне тогда,
чем заниматься?
Нужные работники -
столяры и плотники!
Сработать мебель мудрено:
сначала
       мы
         берем бревно
и пилим доски
длинные и плоские.
Эти доски
         вот так
зажимает
        стол-верстак.
От работы
         пила
раскалилась добела.
Из-под пилки
            сыплются опилки.
Рубанок
       в руки -
работа другая:
сучки, закорюки
рубанком стругаем.
Хороши стружки -
желтые игрушки.
А если
      нужен шар нам
круглый очень,
на станке токарном
круглое точим.
Готовим понемножку
то ящик,
        то ножку.
Сделали вот столько
стульев и столиков!

Столяру хорошо,
а инженеру -
            лучше,
я бы строить дом пошел,
пусть меня научат.
Я
 сначала
        начерчу
дом
   такой,
         какой хочу.
Самое главное,
чтоб было нарисовано
здание
      славное,
живое словно.
Это будет
         перед,
называется фасад.
Это
   каждый разберет -
это ванна,
          это сад.
План готов,
           и вокруг
сто работ
         на тыщу рук.
Упираются леса
в самые небеса.
Где трудна работка,
там
   визжит лебедка;
подымает балки,
будто палки.
Перетащит кирпичи,
закаленные в печи.
По крыше выложили жесть.
И дом готов,
            и крыша есть.
Хороший дом,
            большущий дом
на все четыре стороны,
и заживут ребята в нем
удобно и просторно.

Инженеру хорошо,
а доктору -
           лучше,
я б детей лечить пошел,
пусть меня научат.
Я приеду к Пете,
я приеду к Поле.
- Здравствуйте, дети!
Кто у вас болен?
Как живете,
как животик? -
Погляжу
       из очков
кончики язычков.
- Поставьте этот градусник
под мышку, детишки.-
И ставят дети радостно
градусник под мышки.
- Вам бы
        очень хорошо
проглотить порошок
и микстуру
          ложечкой
пить понемножечку.
Вам
   в постельку лечь
                   поспать бы,
вам -
     компрессик на живот,
и тогда
       у вас
            до свадьбы
все, конечно, заживет.

Докторам хорошо,
а рабочим -
           лучше,
я б в рабочие пошел,
пусть меня научат.
Вставай!
        Иди!
            Гудок зовет,
и мы приходим на завод.
Народа - уйма целая,
тысяча двести.
Чего один не сделает -
сделаем вместе,
Можем
       железо
ножницами резать,
краном висящим
тяжести тащим;
молот паровой
гнет и рельсы травой.
Олово плавим,
машинами правим.
Работа всякого
нужна одинаково.
Я гайки делаю,
             а ты
для гайки
         делаешь винты.
И идет
      работа всех
прямо в сборочный цех.
Болты,
      лезьте
в дыры ровные,
части
     вместе
сбей
    огромные.
Там -
     дым,
здесь -
       гром.
Гро-
    мим
весь
    дом.
И вот
     вылазит паровоз,
чтоб вас
        и нас
             и нес
                  и вез.

На заводе хорошо,
а в трамвае -
            лучше,
я б кондуктором пошел,
пусть меня научат.
Кондукторам
           езда везде.
С большою сумкой кожаной
ему всегда,
          ему весь день
в трамваях ездить можно.
- Большие и дети,
берите билетик,
билеты разные,
бери любые -
зеленые,
        красные
и голубые.-
Ездим рельсами.
Окончилась рельса,
и слезли у леса мы,
садись
      и грейся.

Кондуктору хорошо,
а шоферу -
          лучше,
я б в шоферы пошел,
пусть меня научат.
Фырчит машина скорая,
летит, скользя,
хороший шофер я -
сдержать нельзя.
Только скажите,
вам куда надо -
без рельсы
          жителей
доставлю на дом.
Е-
  дем,
ду-
   дим:
"С пу-
      ти
уй-
   ди!"

Быть шофером хорошо,
а летчиком -
            лучше,
я бы в летчики пошел,
пусть меня научат.
Наливаю в бак бензин,
завожу пропеллер.
"В небеса, мотор, вези,
чтобы птицы пели".
Бояться не надо
ни дождя,
         ни града.
Облетаю тучку,
тучку-летучку.
Белой чайкой паря,
полетел за моря.
Без разговору
облетаю гору.
"Вези, мотор,
             чтоб нас довез
до звезд
        и до луны,
хотя луна
         и масса звезд
совсем отдалены".

Летчику хорошо,
а матросу -
           лучше,
я б в матросы пошел,
пусть меня научат.
У меня на шапке лента,
на матроске
           якоря.
Я проплавал это лето,
океаны покоря.
Напрасно, волны, скачете -
морской дорожкой
на реях и по мачте
карабкаюсь кошкой.
Сдавайся, ветер вьюжный,
сдавайся, буря скверная,
открою
      полюс
           Южный,
а Северный -
            наверное.

Книгу переворошив,
намотай себе на ус -
все работы хороши,
выбирай
       на вкус!

1928
 

 

    КОНЬ-ОГОНЬ

Сын
   отцу твердил раз триста,
за покупкою гоня:
- Я расту кавалеристом.
Подавай, отец, коня! -

О чем же долго думать тут?
Игрушек
       в лавке
              много вам.
И в лавку
         сын с отцом идут
купить четвероногого.
В лавке им
          такой ответ:
- Лошадей сегодня нет.
Но,конечно,
           может мастер
сделать лошадь
              всякой масти,-
Вот и мастер. Молвит он:
- Надо
      нам
         достать картон.
Лошадей подобных тело
из картона надо делать.-
Все пошли походкой важной
к фабрике писчебумажной.
Рабочий спрашивать их стал!
- Вам толстый
             или тонкий? -

Спросил
       и вынес три листа
отличнейшей картонки.
- Кстати
        нате вам и клей.
Чтобы склеить -
               клей налей.-

Тот, кто ездил,
               знает сам,
нет езды без колеса.
Вот они у столяра.
Им столяр, конечно, рад.
Быстро,
       ровно, а не криво,
сделал им колесиков.
Есть колеса,
           нету гривы,
нет
   на хвост волосиков.
Где же конский хвост найти нам?
Там,
    где щетки и щетина.
Щетинщик возражать не стал,-
чтоб лошадь вышла дивной,
дал
   конский волос
                для хвоста
и гривы лошадиной.
Спохватились -
              нет гвоздей.
Гвоздь необходим везде.
Повели они отца
в кузницу кузнеца.
Рад кузнец.
          - Пожалте, гости!
Вот вам
       самый лучший гвоздик.-
Прежде чем работать сесть,
осмотрели -
           все ли есть?
И в один сказали голос:
- Мало взять картон и волос.
Выйдет лошадь бедная,
скучная и бледная.
Взять художника и краски,
чтоб раскрасил
              шерсть и глазки.-
К художнику,
            удал и быстр,
вбегает наш кавалерист.
- Товарищ,
          вы не можете
покрасить шерсть у лошади?
- Могу.-
        И вышел лично
с краскою различной.
Сделали лошажье тело,
дальше дело закипело.
Компания остаток дня
впустую не теряла
и мастерить пошла коня
из лучших матерьялов.
Вместе взялись все за дело.
Режут лист картонки белой,
клеем лист насквозь пропитан.
Сделали коню копыта,
щетинщик вделал хвостик,
кузнец вбивает гвоздик.
Быстра у столяра рука -
столяр колеса остругал.
Художник кистью лазит,
лошадке
       глазки красит,
Что за лошадь,
              что за конь -
горячей, чем огонь!
Хоть вперед,
            хоть назад,
хочешь - в рысь,
                хочешь - в скок.
Голубые глаза,
в желтых яблоках бок.
Взнуздан
        и оседлан он,
крепко сбруей оплетен.
На спину сплетенному -
помогай Буденному!

1927
 

 

  МАЙСКАЯ ПЕСЕНКА

Зеленые листики -
и нет зимы.
Идем
    раздольем чистеньким -
и я,
    и ты,
         и мы.
Весна сушить развесила
свое мытье.
Мы молодо и весело
идем!
     Идем!
          Идем!
На ситцах, на бумаге -
огонь на всем.
Красные флаги
несем!
      Несем!
            Несем!
Улица рада,
весной умытая.
Шагаем отрядом,
и мы,
      и ты,
          и я.

1928

 

   ПЕСНЯ-МОЛНИЯ

За море синеволное,
за сто земель
             и вод
разлейся, песня-молния,
про пионерский слет.
Идите,
      слов не тратя,
на красный
          наш  костер!
Сюда,
     миллионы братьев!
Сюда,
     миллион сестер!
Китайские акулы,
умерьте
       вашу прыть,-
мы
   с китайчонком-кули
пойдем
      акулу крыть.
Веди
    светло и прямо
к работе
        и к боям,
моя
   большая мама -
республика моя.
Растем от года к году мы.
смотри,
       земля-старик,-
садами
      и заводами
сменили пустыри.
Везде
     родные наши,
куда ни бросишь глаз.
У нас большой папаша -
стальной рабочий класс.
Иди
   учиться рядышком,
безграмотная старь.
Пора,
     товарищ бабушка,
садиться за букварь.
Вперед,
       отряды сжатые,
по ленинской тропе!
У нас
     один вожатый -
товарищ ВКП.

1929
 

 

    ПРОЧТИ И КАТАЙ
  В ПАРИЖ И В КИТАЙ


         1

Собирайтесь, ребятишки,
наберите в руки книжки.
Вас
   по разным странам света
покатает песня эта.

Начинается земля,
как известно, от Кремля.
За морем,
         за сушею -
коммунистов слушают.
Те, кто работают,
слушают с охотою.
А буржуям этот голос
подымает дыбом волос.

         2

От Кремля, в котором были,
мы летим в автомобиле
прямо на аэродром.
Здесь стоит
           и треск и гром.
По поляне люди ходят,
самолету винт заводят.

         3

Подходи,
        не робей,
расправляй галстучки
и лети, как воробей,
даже
    как ласточка!
Туча нам помеха ли?
Взяли и объехали!
Помни, кто глазеть полез,-
рот зажмите крепко,
чтоб не плюнуть  с поднебес
дяденьке на кепку.

         4

Опускаемся в Париже,
осмотреть Париж поближе.
Пошли сюда,
           пошли туда -
везде одни французы.
Часть населения худа,
а часть другая -
                с пузом.
Куда б в Париже ни пошел,
картину видишь ту же:
живет богатый хорошо,
а бедный -
          много хуже.
Среди Парижа  - башня
высокая страшно.

         5

Везет нас поезд
               целый день,
то лес,
      то город мимо.
И
  мимо ихних деревень
летим
     с хвостом из дыма.

         6

Качает пароход вода.
Лебедка тянет лапу -
подняла лапой чемодан,
а мы идем по трапу.
Пароход полный,
а кругом волны,
высоки и солоны.
Волны злятся -
              горы вод
смыть грозятся пароход.
Ветер,
      бурей не маши нам:
быстро движет нас машина;
под кормой крутя винтом,
погоняет этот дом.
Доехали до берега -
тут и Америка.

         7

Издали -
        как будто горки,
ближе - будто горы тыщей,-
вот какие
         в Нью-Йорке
стоэтажные домища.
Все дни народ снует вокруг
с поспешностью блошиною,
не тратит
         зря -
              ни ног, ни рук,
а все
     творит машиною.
Как санки
         по снегу
                 без пыли
скользят горой покатою,
так здесь
        скользят автомобили,
и в них
       сидят богатые.

Опять седобородый дым.
(Не бреет поезд бороду!)
Летим к волне другой воды,
летим к другому городу.
Хорош, да не близко
город Сан-Франциско.

         8

Отсюда
      вновь
           за океан
плывут такие, как и я.
Среди океана
            стоят острова,
здесь люди другие,
                  и лес, и трава.
Проехали,
         и вот
              она -
японская страна.

         9

Легко представить можете
жителя Японии:
если мы - как лошади,
то они -
        как пони.
Деревья здесь невелики.
Строенья
        роста маленького.
Весной,
       куда глаза ни кинь -
сады

    в деревьях карликовых.
На острове
          гора гулка,
дымит,
      гудит гора-вулкан.
И вдруг
        проснется поутру
и хлынет
        лавой на дом.
Но люди
       не бросают труд.
Нельзя.
       Работать надо.

         10

Отсюда за морем -
                 Китай.
Садись
      и за море катай.
От солнца Китай
               пожелтел и высох.
Родина чая.
           Родина риса.
Неплохо:
        блюдо рисовой каши
и чай -
       из разрисованных чашек.
Но рис
      и чай
           не всегда у китайца,-
английский купец на китайца
                           кидается:
"Отдавайте нам еду,
а не то -
         войной иду!
На людях
        мы
           кататься привыкши.
Китайцев таких
              называем "рикши".
В рабочих привыкли всаживать
                            пули.
Рабочих таких
             называем "кули".

         11

Мальчик китайский
                 русскому рад,
Встречает нас,
              как брата брат.
Мы не грабители -
мы их не обидели.
За это
      на нас
            богатей английский
сжимает кулак,
              завидевши близко.
Едем схорониться
к советской границе.
Через Сибирь вас
                провозит экспресс.
Лес да горы,
            горы и лес.
И вот
     через 15 дней
опять Москва -
              гуляйте в ней.

         12

Разевают дети рот.
- Мы же
       ехали вперед,
а приехали туда же.
Это странно,
            страшно даже.
Маяковский,
           ждем ответа.
Почему случилось это? -
А я ему:
- Потому,
что земля кругла,
нет на ней угла -
вроде мячика
в руке у мальчика.

1927

 

  ЧТО НИ СТРАНИЦА,-
      ТО СЛОН,
     ТО ЛЬВИЦА


Льва показываю я,
посмотрите нате -
он теперь не царь зверья,
просто председатель.

Этот зверь зовется лама.
Лама дочь
         и лама мама.
Маленький пеликан
и пеликан-великан.
Как живые в нашей книжке
слон,
     слониха
           и слонишки.
Двух- и трехэтажный рост,
с блюдо уха оба,
впереди на морде хвост
под названьем "хобот".
Сколько им еды, питья,
сколько платья снашивать!
Даже ихнее дитя
ростом с папу с нашего.
Всех прошу посторониться,
разевай пошире рот,-
для таких мала страница,
дали целый разворот.

Крокодил. Гроза детей.
Лучше не гневите.
Только он сидит в воде
и пока не виден.

Вот верблюд, а на верблюде
возят кладь
           и ездят люди.
Он живет среди пустынь,
ест невкусные кусты,
он в работе круглый год -
он,
   верблюд,
           рабочий скот.

Кенгуру.
        Смешная очень.
Руки вдвое короче.
Но за это
         у ней
ноги вдвое длинней.

Жираф-длинношейка -
                   ему
                      никак
для шеи не выбрать воротника.
Жирафке лучше:
              жирафу-мать
есть
    жирафенку
             за что обнимать.
Обезьян.
        Смешнее нет.
Что сидеть как статуя?!
Человеческий портрет,
даром что хвостатая.
Зверю холодно зимой.
Зверик из Америки.
Видел всех.
          Пора домой.
До свиданья, зверики!

1926

ЧТО ТАКОЕ
            ХОРОШО
   И ЧТО ТАКОЕ
              ПЛОХО?


Крошка сын
          к отцу пришел,
и спросила кроха:
- Что такое
           хорошо
и что такое
           плохо?-
У меня
      секретов нет,-
слушайте, детишки,-
папы этого
          ответ
помещаю
       в книжке.

- Если ветер
            крыши рвет,
если
    град загрохал,-
каждый знает -
              это вот
для прогулок
            плохо.
Дождь покапал
             и прошел.
Солнце
      в целом свете.
Это -
     очень хорошо
и большим
         и детям.

Если
    сын
       чернее ночи,
грязь лежит
           на рожице,-
ясно,
     это
        плохо очень
для ребячьей кожицы.

Если
    мальчик
           любит мыло
и зубной порошок,
этот мальчик
            очень милый,
поступает хорошо.

Если бьет
        дрянной драчун
слабого мальчишку,
я такого
       не хочу
даже
    вставить в книжку.

Этот вот кричит:
               - Не трожь
тех,
    кто меньше ростом!-
Этот мальчик
            так хорош,
загляденье просто!
Если ты
       порвал подряд
книжицу
       и мячик,
октябрята говорят:
плоховатый мальчик.

Если мальчик
            любит труд,
тычет
     в книжку

             пальчик,
про такого
          пишут тут:
он
  хороший мальчик.

От вороны
         карапуз
убежал, заохав.
Мальчик этот
            просто трус.
Это
    очень плохо.

Этот,
     хоть и сам с вершок,
спорит
      с грозной птицей.
Храбрый мальчик,
                хорошо,
в жизни
       пригодится.
Этот
    в грязь полез
                 и рад.
что грязна рубаха.
Про такого
          говорят:
он плохой,
          неряха.
Этот
    чистит валенки,
моет
    сам
        галоши.
Он
   хотя и маленький,
но вполне хороший.

Помни
     это
        каждый сын.
Знай
    любой ребенок:
вырастет
        из сына
               cвин,
если сын -
          свиненок,
Мальчик
       радостный пошел,
и решила кроха:
"Буду
     делать хорошо,
и не буду -
           плохо".

1925

ЭТА КНИЖЕЧКА МОЯ
      ПРО МОРЯ
     И ПРО МАЯК


Разрезая носом воды,
ходят в море пароходы.
Дуют ветры яростные,
гонят лодки парусные.
Вечером,
        а также к ночи,
плавать в море трудно очень.
Все покрыто скалами,
скалами немалыми.
Ближе к суше
            еле-еле
даже
    днем обходят мели.
Капитан берет бинокль,
но бинокль помочь не мог.
Капитану так обидно -
даже берега не видно.
Закружит волна кружение,
вот
   и кораблекрушение.
Вдруг -
        обрадован моряк:
загорается маяк.
В самой темени как раз
показался красный глаз.
Поморгал -
          и снова нет,
и опять зажегся свет.
Здесь, мол,тихо -
                  все суда
заплывайте вот сюда.
Бьется в стены шторм и вой.
Лестницею винтовой
каждый вечер,
             ближе к ночи,
на маяк идет рабочий.
Наверху фонарище -
яркий,
      как пожарище.
Виден он
        во все моря,
нету ярче фонаря.
Чтобы всем заметиться,
он еще и вертится.
Труд большой рабочему -
простоять всю ночь ему.
Чтобы пламя не погасло,
подливает в лампу масло.
И чистит
        исключительное
стекло увеличительное.
Всем показывает свет -
здесь опасно или нет.
Пароходы,
         корабли -
запыхтели,
          загребли.
Волны,
      как теперь ни ухайте,-
все, кто плавал,-
                в тихой бухте.
Нет ни волн,
            ни вод,
                   ни грома,
детям сухо,
           дети дома.
Кличет книжечка моя:
- Дети,
       будьте как маяк!
Всем,
     кто ночью плыть не могут,
освещай огнем дорогу,
Чтоб сказать про это вам,
этой книжечки слова
и рисуночков наброски
сделал
      дядя
          Маяковский.
 
1926
 

 

Владимир Маяковский: стихи для детей.